Враги номер один для всех, но не для своей публики (интервью с MaleFactors)

Каких только уже на них ярлыков не навесили: нацисты, оппортунисты, вырожденцы. А все из-за чего? Нет, их творчество, как ни странно, ко всем обвинениям отношения не имеет. В плане музыки, эти парни чётко блюдут ска — традиции «слабой доли», two tone и иже с ними. Тексты же их песен, в основном, посвящены позитивно настроенным «нормальным полным парням», их любви, развлечениям и предпочтениям. Что же тогда так раздражает ревнителей традиций? Что заставляет их постить едкие от бессильной злобы обвинения в адрес музыкантов на разных Интернет-форумах, периодически взывая к разного рода бойкотам, погромам и пр.? Ответ на поверхности: публика. Вот об этой самой публике мы и решили поговорить с музыкантами Malefactors, для чего встретились в одном из уютненьких кабачков на Пятницкой с фронтменом группы Колей и гитаристом Пашей.

РО: Я не буду задавать вам вопросов о том, как вы собрались, где познакомились и чем отличается ска от ска-панка. Для этого есть специализированные издания. Наших же читателей больше волнует хулиганство, чему, собственно, и посвящен данный номер журнала.

Коля: Нас тоже очень волнует хулиганство.

Паша: Во всех его проявлениях.

РО: Говоря о хулиганстве, я думаю, вы понимаете, что я подразумеваю. Вашу публику. Какая она?

Коля: Как какая? Конечно же — самая лучшая!

РО: Я не совсем о том. В Интернете на многих тематических форумах часто появляются негативные оценки ска-публики в целом и ваших поклонников в частности. Мол, драки часто происходят на концертах…

Коля: Ну, на концертах — все, как и везде в нашей жизни. Люди вообще, а молодёжь в частности, стали очень агрессивны. Жизнь такая злая у нас сейчас: глобализация, демократизация, курс на рынок… Но хочу заметить, что именно во время наших выступлений никаких беспорядков не происходит. Наши песни не разобщают, а наоборот объединяют. Приходят, скажем, поклонники разных футбольных цветов, и во время выступления вместе веселятся, танцуют, сразу же забыв про свои распри. После концертов, может быть, опять прыгают друг на друга — не знаю. Но во время концерта любой наш зритель может чувствовать себя в безопасности более, чем где бы то ни было!

Да и вообще — о каких драках может быть речь, если, по моим подсчётам, не менее 70% нашей публики — прекрасная половина человечества.

Паша: Семьдесят?! Ну, ты, по-моему, загнул…

Коля: Ничего я не загнул. Все точно. Сам считал. Мне со сцены лучше всех видно.

РО: А автографы часто берут? И вообще, не достают фанаты?

Коля: Сейчас, ха-ха-ха, реже. Потому что мы стараемся быть поближе к своим поклонникам. Мы никогда, собственно, не стремились отдалиться от своей публики. Наоборот, мы стараемся быть поближе к любителям нашей музыки. Зачем, запершись в гримёрке, высовывать оттуда руки и раздавать автографы, если намного лучше просто посидеть за столом, пообщаться…

Паша: Как сейчас, например. Да и получилось собственно так, что публика у нас такая, как есть, благодаря тому, что мы сами — отражение нашей публики. Любим пиво, девушек, футбол. Главное, не превращаться в быдло, блюсти стиль.

РО: Ну, со стилем, думается мне, у вас все в порядке. Ваш мачо-имидж ни с чем не перепутаешь. Вы лучше ответьте мне, как, по-вашему, получилось так, что именно на ваши выступления ходит львиная доля всех московских футбольных хулиганов?

Коля: Потому, что мы лучшие…

Паша: А если серьёзно, то любому карлу известно, что ска в Европе — музыка футбольных хулиганов и скинхедов. Фред Перри, Лонсдейл-то се. Вопрос моды. Модно быть хулиганом. Модно ходить на ска. Это во-первых. Во-вторых, ска такая энергичная музыка, хочется под нее локтями поработать, ногами подрыгать, в лучшем случае, а в худшем — постучать кому-нибудь по голове. В-третьих, ска-музыка, несмотря на то, что пришла к белому человеку с Ямайки, все равно какая-то наша, славянская по духу. Недаром зачастую ска-мотивы можно услышать и в отечественной попсе, и в блатняке.

Коля: Есть ещё и в-четвёртых. Мы, с одной стороны, всю дорогу формировали свою публику посредством музыки. А она — формировала нас посредством всего остального: того же пива, футбола и женщин. Наша публика изначально — наши друзья. А друзья у нас очень хорошие и уважаемые люди. В том числе, и в разных субкультурных средах. То есть, придёт один, а с ним ещё десятка три придёт: все пьяные и весёлые. Столкнутся в зале с такими же пьяными и весёлыми: вот и получаются беспорядки. Но, несмотря ни на что, мы свою публику любим, а она, в свою очередь, любит нас.

Паша: Да-да, друзья немалую роль сыграли в формировании нашей публики. А так как мы парни весёлые, добрые и отзывчивые, друзей у нас превеликое множество. Они приходили на наши концерты, приводили друзей, те, в свою очередь, друзей своих друзей и так далее. Потянулись поклонники других жанров: панка, хардкора и прочих. Так со временем и появилась наша публика, посещающая в своей массе наши выступления. Прошло года три с того времени, как сформировалась наша публика, как таковая.

Коля: Ещё добавлю, что «эти самые поклонники других жанров» приходят на наши выступления с подругами, а те, в свою очередь, зовут своих подруг. Потому что наша музыка очень нравится не только полным парням, но и их стройным девицам.

РО: Тогда вопрос к теме популярности ска на Руси. Не кажется ли вам, что следует поблагодарить группу «Ленинград» за повальное увлечение наших сограждан ска-музыкой?

Паша: Да нет, я думаю, Шнур и Ко здесь ни при чем. Просто музыка с ударением на слабую долю очень подходит русскому человеку. Хулиганский такой, раздольный танцевальный стиль. Верка Сердючка и все такое….

Коля: А тот же «Ленинград» — просто-напросто шансон со слабой долей. Шансон, кстати, во многом похож на ска-частушки. Вот и «Ленинград» — те же частушки. Три аккорда плюс мата побольше.

Паша: История в тему. Стою как-то рядом с ларьком, что дисками торгует. Подходят к ларьку два типичных гопника и спрашивают диск «Ленинграда». Им ответили, что «Ленинграда» нет. Тогда они купили диск Михаила Круга…

А впрочем, неважно, кто что привнёс, моя — твоя публика… Я счастлив, что в России прижилась такая музыка, как ска, а мы приложили по-своему к этому руки….

РО: Коля, раз ты уже поднимал тему женского пола, сказав, что основная масса ваших поклонников — девушки, то ответь мне, пожалуйста, Николай, не докучают ли поклонницы?

Коля: Ты болен? Как девушки могут докучать?!

РО: Возможно, вы просто не достигли того уровня популярности, когда фанатки обрывают телефон, ночуют у подъезда…

Коля: Ха! Жду не дождусь такого золотого времени! Девушки, понимаешь ли, смысл всей нашей жизни. Ради них живем, работаем, творим. Они все — замечательны!

Паша: И вообще, проблемы следует решать по мере поступления. Сейчас ни у кого из нас проблем с поклонницами не возникает. Все просто великолепно!

Враг № 1 (альбом «Нормальный полный парень»)

Ты враг для общества № 1,
Подонок и хулиган
Герой футбольных баталий.
Где ты — там всегда скандал!
Ты видишь мир — какой он есть,
Не строишь замки из песка,
Твоя установка — гордость и честь
С тобою в душе до конца.
По жизни с тобой футбол и SKA,
Попробуй что отними!
Футбол, весёлая драка;)
А SKA — это отдых души!
Ты стойко держишь удары судьбы,
Рассчитываешь на себя
А в случае серьезной беды
С тобой будут рядом друзья!
Слова: El Gordito, Nico

Состав группы

Nico — крёстный отец банды Male Factors

В банде с мая 2000-ого года. Дал множество концертов. Участвовал в записи 3-ёх альбомов. Умело орудует голосом и опасной бритвой (в зависимости от ситуации).

Приметы: На вид 25–30 лет, высокого роста, атлетического телосложения. Волосы темно-коричневые, глаза зелёные.

Особые приметы: Постоянно носит смокинг и солнцезащитные очки.

Слабость: Черезмерно любит женщин.

Al Macho — основатель банды Male Factors

В банде со дня основания (30.10.1999.) Дал множество концертов, участвовал в записи 3-ёх альбомов. В работе предпочитает толстые струны.

Приметы: На вид 25–30 лет. Высокого роста, полного телосложения. Волосы чёрные, глаза серые.

Особые приметы: Любит говорить по-испански.

Слабость: Любит вкусно поесть и хорошо попить.

Inginieur

В банде со дня основания (23.10.1999.) Дал множество концертов. Участвовал в записи 3-ёх альбомов.

Приметы: На вид 25–30 лет. Среднего роста, худощавого телосложения. Волосы коричневые, глаза серые.

Особые приметы: На первый взгляд похож на композитора.

Слабость: силен во всех отношениях.

Skanker — специалист-дробовик

В банде со дня основания (23.10.1999.) Дал множество концертов. Участвовал в записи 3-ёх альбомов. Работает палками из твердых пород древесины.

Приметы: На вид 20–25 лет. Среднего роста, худощавого телосложения. Волосы русые, глаза серые.

Особые приметы: Носит только самую модную одежду.

Слабость: Часто теряет орудие преступления (палки)

СиРоП — специалист по связям с общественностью.

В банде с июля 2001-ого года. Дал множество концертов. Участвовал в записи 2-ух альбомов. В работе предпочитает тонкие струны.

Приметы: На вид 20–30 лет. Среднего роста, худощавого телосложения. Волосы русые, глаза серые.

Особые приметы: Никогда не снимает кепку.

Слабость: Первым делом — кружка пива, остальное все потом.

Trombontini — изобретатель-террорист банды Male Factors

В банде с октября 2000-ого года. Дал множество концертов. Участвовал в записи 2-ух альбомов. В работе использует тромбонтин.

Приметы: На вид 25–30 лет. Среднего роста, полного телосложения. Волосы темно-русые, глаза серо-зелёные.

Особые приметы: Подозрительно добрый.

Слабость: Все время изобретает вечный двигатель, иногда перебарщивает с тромбонтином.

Mad Max — водила банды Make Factors

В банде c ноября 2000-ого года. Дал множество концертов. Учавствовал в записи 1-ого альбома.

Приметы: На вид 20–25 лет. Среднего роста, худощавого телосложения. Волосы темно-русые, глаза карие.

Особые приметы: Может уловить разницу между ля диезом и си бемолем.

Слабость: Не пользуется педалью тормоза.