Операция «Коридор-1992»

«Только тот, кто был там, знает про эту битву все,
а всем тем, кто в ней погиб —
вечная слава и огромная благодарность!»
Генерал Момир Талич,
из выступления на митинге
в честь двухлетия прорыва блокады,
28 июня 1994 года, г. Дервента

Весной 1992 года СФРЮ уже существовала исключительно на бумаге — Словения и Хорватия получили международное признание (правда, случилось это в нарушение всех возможных международных соглашений), и центральная власть уже практически не функционировала. Жители сербских районов Хорватии уже полгода отстаивали своё право на самоопределение с оружием в руках. Им удалось взять под контроль около трети территории республики и создать собственное, правда, никем не признанное, государство — Республику Сербскую Краину. В её состав вошли земли, испокон веков населённые исключительно сербами — Восточная и Западная Славония, Срем, Бания, Кордун, Лика, Баранья, Книнская Краина и северная часть Далмации.

Ситуация в соседней Боснии и Герцеговине была почти идентичной, с той лишь разницей, что в этой республике воюющих сторон было три — у мусульман, хорватов и сербов были взаимоисключающие взгляды на будущее недавно получившей признание мирового сообщества страны. По тому, как развивались события, было очевидно — скоро война начнётся и здесь, это только вопрос времени.

Вспоминает Саша Савичевич, в 1992 году — младший офицер Югославской Народной Армии, участник описываемых событий:

«Казармы ЮНА, дислоцированные на территории хорватских и мусульманских общин, оказались в полной блокаде — личный состав не мог их покинуть, машины с продовольствием и предметами первой необходимости, в свою очередь, не имели возможности попасть в расположение гарнизонов. Солдаты и офицеры ЮНА хорватской и мусульманской национальностей массово покидали расположение своих частей, вливаясь в ряды полувоенных отрядов, формируемых по этническому признаку (хорваты шли в ХВО или хорватскую милицию, мусульмане — в «Патриотическую Лигу» или Армию БиГ). Вскоре подразделения ЮНА, оставшиеся в БиГ, стали «этнически чистыми» — в них остались одни сербы. В один из тех дней я оказался в Сараево, главном городе тогдашней БиГ, на встрече с одним из лидеров местного отделения Сербской Демократической Партии (руководитель — др. Радован Караджич). Естественно, что главной темой всех разговоров было одно — «Будет война или нет?» Посмотрев на то, как яростно мы спорим, хозяин дома, тот самый функционер СДП, вдруг попросил меня встать с дивана, на котором я сидел. Когда он поднял сиденье, мы все оторопели — оказывается, там хранилось оружие, гранаты и патроны. Посмотрев на нас, хозяин заключил: „Будет война, будет, тут уже можно не сомневаться.“ Чтобы убедиться в его правоте, мне понадобилось совсем немного времени…»

Вскоре сербы объявили о создании на территории бывшей БиГ нового государства — Сербской Республики БиГ, в состав которой вошли общины, где большинство населения составляли сербы. Белград, сохранивший контроль над боснийской группировкой ЮНА, объявил о её выводе из республики, но зачастую это происходило только на бумаге. Дело в том, что руководство СР БиГ предложило всем военнослужащим ЮНА перейти в создававшееся тогда Войско Республики Сербской. В результате к началу столкновений сербы имели хорошо вооружённую и грамотно подготовленную армию, справиться с которой в открытом бою мусульмано-хорватским отрядам не удавалось до самого конца войны.

Но было у СР БиГ одно очень уязвимое место — перешеек в районе населённых пунктов Дервента — Босански Брод — Босански Шамац, соединявший западную и восточную части республики. Мусульмано-хорватские войска ещё ранней весной 1992 года, проявив инициативу, установили контроль над большей частью этого района, с самого начала войны серьёзно затруднив транспортное сообщение между западной и восточной частями Сербской Республики БиГ. В начале мая 1992 года грузопотоки шли по одной-единственной трассе Баня-Лука — Добой — Тузла — Биелина, но 15 мая и эта нить прервалась. Части мусульманской территориальной обороны и члены исламистской «Патриотической Лиги» напали на выводимый из Тузлы полк ЮНА, солдаты и офицеры которого не имели боевого оружия и не могли оказать нападавшим никакого сопротивления. После этого происшествия дорога была закрыта, и полтора миллиона сербов, живущих в западных районах СР БиГ и РСК, оказались в полной блокаде. Однако первое время всем казалось, что это не так страшно — снабжение осаждённых земель оружием, лекарствами, едой и прочими товарами первой необходимости, пусть и в минимальном объёме, удавалось поддерживать по воздуху. Разумеется, что мировое сообщество не могло остаться к этому безучастным — как только последний солдат ЮНА покинул Боснию, ООН тут же объявила воздушное пространство БиГ зоной, закрытой для полётов авиации (non-fly zone), пригрозив сбивать всякий летательный аппарат, оказавшийся там без ведома иностранных дипломатов. Транспортные самолёты ВВС Югославии замерли на аэродромах, а блокада сербских земель стала тотальной — территория от Гламоча и Грахова на юге, Градишки на севере, Нови Града на западе и Добоя на востоке была полностью отрезана от Сербии. Точно такое же положение сложилось и в ряде районов РСК — в окружение попали города и села Западной Славонии, Лики, Кордуна, Бании и Книнской Краины. Начались проблемы с продовольствием, сигаретами, боеприпасами, лекарствами — немногочисленные запасы быстро иссякали, а пополнить их было невозможно. К июню ситуация стала катастрофической — из-за отсутствия лекарств в роддомах стали умирать новорождённые младенцы, в больницах по той же причине резко выросла смертность пациентов — их просто нечем было лечить.

Вспоминает Бранислав Тишма, в 1992 году — офицер МВД РСК, участник описываемых событий:

«Особенно тяжело было с сигаретами — чтобы хоть как-то облегчить мучения от никотинового голода, нам приходилось курить свёрнутые в трубочку листья винограда. Разумеется, такой „заменитель“ практически не помогал. Магазины были пусты, лекарств вообще не было, а спекулянты просили за свои товары баснословные деньги — стоимость пачки сигарет доходила до 50 немецких марок! Главным блюдом практически в каждой семье были консервы из запасов ЮНА — ужасные на вид, они и на вкус были немногим лучше. В общем, наши перспективы, мягко говоря, выглядели довольно туманно…»

Руководство двух сербских государств, оказавшись в тяжелейшем положении, приняло единственно верное в той ситуации решение — восстановить контроль над перешейком Дервента — Босански Брод — Босански Шамац силами двух корпусов Войска Республики Сербской (далее — ВРС), помогать которым должны были части ТО РСК, тамошний милицейский спецназ и отряды добровольцев. Медлить было нельзя — каждый блокадный день уносил человеческие жизни, и военные немедленно начали работу над планом операции, получившей название «Коридор — 1992».

Главным разработчиком и вдохновителем этого плана стал генерал Момир Талич, командовавший тогда Первым Краинским Корпусом ВРС (далее — ПКК ВРС). Вместе с ним в разработке «Коридора» участвовали начштаба ПКК ВРС генерал Бошко Келечевич, командир спецназа МВД РСК генерал Боривое Джукич и начштаба Первой Моторизованной Бригады ВРС (далее — ПМБ ВРС) генерал Новица Симич. Перед офицерами стояла практически нерешаемая задача — во-первых, согласно канонам военной стратегии, атакующих сербов должно было быть как минимум в три раза больше, чем солдат противника, но создать такое численное превосходство было невозможно. Во-вторых, частям ПКК ВРС и отрядам МВД РСК предстояло действовать в полном оперативном окружении, которое они должны были прорвать. К середине июня работа была завершена — по выкладкам военных, уже к концу месяца блокада должна была быть прорвана — других вариантов для спасения жизней сотен тысяч мирных жителей просто не было. Перед частям ВРС и МВД РСК стояла следующая задача — атаковать противника вдоль границы с Хорватией в направлении Дервента — Босанский Брод — Брчко, занять эти города, после чего установить и удержать контроль над автодорогами региона, обеспечив тем самым беспрепятственное транспортное сообщение западных районов СР БиГ и РСК с Союзной Республикой Югославией и остальным миром.

Несмотря на невероятную, по местным меркам, засекреченность всего, что было связано с операцией «Коридор», противник узнал о готовящемся наступлении сербской армии. Для того, чтобы предотвратить прорыв, мусульмане и хорваты стянули в район предстоящих боев 5 моторизованных и 11 лёгких пехотных бригад. Стоит особенно отметить тот факт, что все моторизованные бригады являлись частями регулярной армии соседней Хорватии, до сих пор крайне резко отрицающей участие своих войск в гражданско-религиозной войне на территории соседнего государства. Однако отрицать очевидное невозможно — известны даже номера этих бригад и места их дислокации на территории Хорватии. Вот они — Первая бригада ЗНГ (Загреб), Вторая бригада ЗНГ (Градишка), 108 бригада ЗНГ (Градишка), Третья бригада ЗНГ (Осиек) и 153 бригада ЗНГ (Велика Горица). Кроме того, в боевых действиях принимали участие спецназ МВД Хорватии и отдельные подразделения бригад хорватской армии, дислоцированных в Биеловаре, Риеке и Вараждине. Пехотные бригады состояли из хорватов-жителей БиГ — 101-я бригада ХВО формировалась в Босанском Броде, 102-я бригада ХВО — в Оджаке, 103-я бригада — в Дервенте, в 104-й бригаде служили уроженцы Босанского Шамца и Домальевца, 105-я прибыла на фронт из Модрича, 107-я — из Градачца, 110-я из Усоре, а 111-я бригада ХВО — из Жепча. Кроме того, хорватам были приданы три мусульманских пехотных бригады — 207-я из Тешнья, 201-я из Маглая и 109-я из Грачаницы. Численность группировки, призванной штыками загнать сербов с левого берега Дрины в гетто, в ходе последующих боев колебалась от 40 до 60 тысяч человек.

Что же смогли противопоставить этой силе сербы? Изнутри окружение прорывали части ПКК ВРС генерала Талича, чей ударный кулак составили 16-ая Краинская Моторизованная Бригада (далее — 16-я КМБр), части военной полиции ПКК ВРС, спецназ МВД РСК и добровольческие отряды местных жителей (самый известный и эффективный — элитная бригада «Волки с Вучияка», командовал которой уроженец здешних мест, офицер-самоучка Велько Миланкович). С внешней стороны кольца, в направлении Орашье — Брчко действовал Восточно-Босанский Корпус ВРС (командир — генерал Радислав Крстич) и не попавшие в кольцо окружения части ТО и МВД РСК, руководил которыми тогдашний министр МВД РСК Милан Мартич. Общая численность сербской группировки составляла примерно 30 тысяч штыков, 2/3 которых находились в окружении. Им предстояло сделать невозможное — выбить превосходящего по численности противника из хорошо укреплённых городов и сел, нанеся инфраструктуре освобождаемых территорий как можно меньше ущерба. Времени почти не было — решение о начале операции было принято 12 июня 1992 года, а первый конвой с едой и лекарствами, по замыслу генерала Талича, должен был пройти уже на Видовдан, сербский народный праздник, который отмечается 28 июня.

Итак, 12 июня части ПКК ВРС вступили в бой с мусульмано-хорватскими соединениями около села Модран южнее Дервенты. Бойцы 16 КМБр при поддержке танковой роты из Добоя атаковали врага, ознаменовав таким образом начало реализации плана «Коридор — 1992». Однако самые интенсивные бои начались после того, как 22 июня пало хорошо укреплённое хорватское село Цер — именно контроль над ним, по плану офицеров ВРС, был непременным условием для начала главной фазы операции «Коридор». Через два дня, 24 июня, сербская артиллерия начала массированный артобстрел вражеских позиций по всему фронту, демонстрируя готовность к скорому наступлению. Таличу и его коллегам удалось ввести противника в заблуждение — хорваты и мусульмане решили, что сербы собираются атаковать Тузлу, а не Дервенту и Босански Брод. В этом и заключалась хитрость плана генерала Талича — обманутые ложным артогнем, командиры мусульман и хорватов перебросили часть сил в район Тузлы, несколько ослабив оборону на линии Дервента — Биело Брдо — Оджак — Модрича. Но, тем не менее, бои за коридор, получивший название «Дорога Жизни», были очень тяжёлыми. Мусульмано-хорватские части оказывали жестокое сопротивление — их контратаки в районах населённых пунктов Видовици, Корача и приграничного с Хорватией села Вучиловац стоили сербам многих жизней. За время боев в Посавине части ВРС и МВД РСК потеряли убитыми 293 человека, а 1129 военнослужащих были ранено. Одним из погибших был командир батальона МВД РСК майор Миливой Рашула, подразделение которого действовало в районе Оджака. Желая водрузить на местную водонапорную башню сербский флаг, майор Рашула углубился в территорию, занятую врагом, где был обнаружен и убит в перестрелке. Вместе с ним погибли ещё два милиционера, сопровождавших своего командира. Что же касается потерь мусульмано-хорватских частей, точных данных на этот счёт нет, однако с большой степенью вероятности можно предположить, что они были никак не меньше сербских.

Блокада была прорвана в ночь с 25 на 26 июня 1992 года — бойцы Первого Краинского и Восточно-Босанского корпусов ВРС встретились в районе сел Корница и Чардак, община Модрича. Несмотря на ожесточённое сопротивление противника, превосходившего части ВРС и МВД РСК по численности и оснащению, задача, поставленная генералом Таличем, была выполнена. Блокада сербских территорий, длившаяся 42 дня, была прорвана, а дорога на Сербию отныне была свободна.

Вспоминает Бранислав Тишма, в 1992 году — офицер МВД РСК, участник описываемых событий:

«Мне не повезло — я был ранен в боях за коридор всего за 2 дня до того, как оборона противника была прорвана. Когда я вышел из госпиталя, город просто нельзя было узнать. Всего несколько недель назад он был грязным, пустым и унылым, еды практически не было, а найти бензин или лишний рожок патронов было почти невозможно. Первые же конвои из Сербии изменили все до неузнаваемости — прилавки ломились от всевозможных товаров, люди больше не хмурились, а улыбались, а самое главное — сигареты продавались теперь на каждом углу!»

После того, как кольцо блокады было прорвано, перед войсками РС и РСК встала новая задача — освободить максимальное количество территории, прилегающей к транспортному коридору, чтобы минимизировать возможность восстановления контроля над ним для сил противника. В рамках этого задания бойцы сербских формирований вели бои до середины октября 1992 года, освободив от противника населённые пункты Модрича (пала 27 июня), Плехан (пал 1 июля), Дервента (пала 4 июля), Якес (пал 7 июля) и Оджак (освобождён 13 июля).

Отдельного внимания заслуживает заключительная фаза «Коридора — 1992» — операция по взятию стратегически важного города Босански Брод, занятого частями 16-ой КМБр 16 октября 1992 года. Тут командование ВРС наглядно продемонстрировало своё умение пользоваться всеми технологиями современной войны — сербские части вошли в город без единого выстрела благодаря успешно проведённой их специалистами по радиоэлектронной борьбе операции по дезинформации противника. Накануне взятия Брода им удалось внедриться в радиосеть хорватских подразделений, оборонявших город и «вбросить» туда информацию о том, что сербские войска форсировали реку Саву и вот-вот собираются атаковать расположенный на её берегу Брод с тыла. Командование хорватской группировки запаниковало, и части ХВО спешно покинули город, который вскоре был занят танками и пехотой 16-й КМБр без единого выстрела. Таким образом город избежал разрушений, а окрестная природа — экологической катастрофы, неминуемой в случае уличных боев — в Босанском Броде находится и по сей день продолжает работать крупнейший на Балканах нефтеперерабатывающий завод.

В течение последующих трёх лет войны мусульмано-хорватские части не раз пытались перерезать коридор, желая снова запереть сербов в гетто. Однако сделать это им не удалось — «Дорога Жизни», несмотря на постоянные обстрелы и рейды диверсионных групп противника, работала бесперебойно, снабжая население сербских территорий всем необходимым. Даже сегодня, 11 лет спустя, в условиях оккупации Республики Сербской войсками НАТО, транспортный коридор, пробитый солдатами и офицерами двух самых молодых сербских государств в 1992 году, продолжает функционировать. Администраторы Высокого Представителя Международного Сообщества Педди Эшдауна и их мусульмано-хорватские сателлиты пытаются, на этот раз с помощью политических «трюков», снова разделить сербов, живущих на разных берегах Дрины, но пока особых успехов им добиться не удалось. Всякому мало—мальски здравомыслящему человеку очевидно — эти усилия тщетны, и сербский народ никогда больше не допустит повторения той страшной весны 1992 года.

* * *

Слава воинам Войска Республики Сербской и сотрудникам МВД Республики Сербская Краина, погибшим за свободу своего народа — их подвиг никогда не будет забыт!