Образ! Сербия! Косово! Метохия!

С 14ого по 28ое июня по приглашению Сербского Народного Движения «1389» представители Русского Образа посетили традиционный Видовданский марш и прошли пешком от Белграда до Косовской Митровицы. Последним этапом шествия стали посещение монастыря Грачаницы и Газиместана — места, где в 1389 году состоялась Косовская битва, в которой сербское войско разбило турецких захватчиков. 28ого июня проходит празднование этого события — Видовдана.

12ое июня. Белград.

[i10n id=1]

Прибыв в Белград сразу связались с организаторами и приняли некоторое участие в подготовке к маршу, а также посетили местное правое радио, на котором ответили на некоторые вопросы, касающиеся национального движения в России и нашего отношения к ситуации в Косово. Особое удовольствие сербы высказывали по поводу отношения правительства Москвы и русских националистов к проведению гей-парадов — в Белграде, как и в любом другом городе «просвещённой» Европы педерасты могут сколько угодно демонстрировать свою болезнь и заражать ею окружающих.

14ое июня. Белград — Раля.

14ого июня в 9 часов утра мы в компании с Мишей Вацичем подъехали к Собору Святого Саввы. Приехало сербское телевидение, журналисты которого хотели взять интервью, но получили стойкое условие — снимаемся только в масках-фантомках, так как в России сложная межэтническая обстановка. Телевизионщиков это не устроило, поэтому интервью брать не стали. С 10 часов начался молебен о доброй дороге и в 11 часов мы постепенно выдвинулись к сторону Косово.

Колонну сопровождали две полицейские машины — в голове и в хвосте колонны, которые обеспечивали безопасное прохождение людей. Постепенно Белград оставался всё дальше за спиной, а наша группа огибала одну гору за другой. В первый день наш путь составлял один из наиболее длинных отрезков — 42 километра до посёлка Раля, в спортзале местной школы которого мы и заночевали.

15ое июня. Раля — Младеновац.

В понедельник, 15ого июня, после пробуждения (а вставали мы каждый день очень рано — в 7 утра), мы выдвинулись сначала посетить местную церковь, а после выдвинулись дальше — в город Младеновац. Ночевали в большом шатре рядом со строящейся церковью на самом краю города. Немного отдохнув, приняли решение — нужно выйти в город — благо по сравнению с предыдущим днём марш-бросок был очень коротким — всего 20–25 километров. Тем более, что сербы, уже ходившие маршем в предыдуще годы знали, где находится бассейн.

Поймав машину, переместились на другой конец города (кстати, водитель, узнав о цели нашего путешествия, денег не взял). Там нашему взору открылась великолепная картина: мини-футбольное поле, тенисные корты, баскетбольная площадка, а главное — открытый бассейн. И всё это — бесплатно. Вот как надо обеспечивать здоровье нации. Купались долго, пока солнце не стало заходить. И вернулись в лагерь уже в вместе с закатом.

16ое июня. Младеновац — Топола.

[i10n id=2]

Утром провожать нас приехало несколько священников. Мы пели песни, один мужчина читал стихи, в которых восхавлял Путина и клеймил Тадича (вообще, в Сербии поклонение Путину практически поголовное, как в России — Лукашенко). Часов в 10 утра выдвинулись. Жара стояла страшная. У меня бутылка воды закончилась через полчаса, и когда мы наконец дошли до автобуса поддержки (автобус отъезжал вперёд на каждые 5 километров и ждал там группу с водой) — выпил за пять минут литр воды:-).

У многих людей — серьёзные проблемы с ногами, особенно со ступнями (мозоли, растяжения). Иногда на некоторые отрезки люди пересаживаются в автобус, чтобы дать ногам отдых.

Топола — крайне радикальный город. Город четников. Хотя ночевали мы в местной школе (прямо в коридорах), четники организовали нам посещение местной гостиницы, в которой нам разрешили помыться в свободных номерах. Вечером в местной кафане, которую держат четники из движения «Равногорски Покрет», — пир на весь мир, с песнями и плясками, заканчивающийся акцией по нанесению портретов Путина в центре города.

17ое июня. Топола — Крагуевац.

Рано утром посещаем храм в Тополе, после чего выдвигаемся. В этот раз с нами идут и некоторые четники. Путь проходит холмистый, причём все больше по вершинам холмов, откуда открываются прекрасные виды на Шумадию (центральную Сербию). Вообще, конечно, от среднего Урала мало отличается — архитектура домов другая (красная черепица, каменная кладка) — но в остальном вполне как в России. Глядя на эти просторы как-то особенно легко пелись русские НС-баллады: «Дмитрий Донской», «Храброе сердце», «Поколение-80», «Кровь Кондопоги», походная песня казаков. Правда особенную радость у сербов вызывает наше исполнение «Катюши». Как выяснилось позже, они были уверены, что это песня про нашу ракетную установку:-).

На входе в Крагуевац нас встречают местные представители Равногорского Покрета и вместе с нами доходят до спортивного центра, где мы ночуем прямо на баскетбольной площадке.

18ое июня. Крагуевац — Книч.

[i10n id=3]

Книч — небольшой город. Но первое, куда мы приходим — местная больница. В течение часа врачи местной больницы помогают всем обработать раны на ногах — мозоли во всевозможных стадиях. Причём вполне обычное дело, когда на месте только удалённой мозоли на следующий день появлялась новая. Иногда настолько быстро выскакивали мозоли, что приходилось брать нож и резать прямо на привале, выпуская накопившийся гной и промывая водой, которую мы брали для питья.

В Книче ночуем в школе, спортплощадка которой подарена американским народом — вообще в Сербии встречаются подобные объекты, в основном образовательные, на которых висят подобные таблички. Сразу после обеда по прибытии выдвигаемся на озеро, где и проводим остаток дня перед сном.

19ое июня. Книч — Кралево.

[i10n id=4]

Кралево — последний город Шумадии и вообще относительно «равнинной» Сербии. Кроме того, Кралево, как я понял, считается некоторым местом вроде Иваново, то есть сербский город невест и вообще красивых девушек. С другой стороны Кралево — город подконтрольный демократической партии, то есть партии, которой чужды национальные интересы, а потому всякого, кто эти интересы защищающего местные демократы искренне ненавидят. Ненависть либералов к своей стране доходит до того, что даже столь мирное и порядочное шествие, как Видовданский марш, они запрещают принимать в своих городах. Поэтому ночевать целому автобусу людей пришлось в двух комнатках офиса Сербской Радикальной Партии. Офис был настолько мал, что некоторые решили спать либо в автобусе, либо просто у входа в офиса, на асфальте.

20ое июня. Кралево — Маглич.

[i10n id=5]

Маглич — турецкая крепость на горе; место, где заканчивается Шумадия и начинается Рашка (первое сербское государство). Причём кроме небольшого ресторана там больше нет ничего (ну ещё река Ибар внизу течёт) :-). Ночуем в небольшом домике на горе. Места там тоже очень мало, но из-за ухудшившейся погоды всем пришлось потесниться. Вообще, погода испортилась как раз на всю горную часть нашего пути.

21ое июня. Маглич — монастырь Студеница.

Путь к монастырю проходил через город Ушче, в который мы вернулись на следующий день. За несколько километров до города произошла примечательная история. Наша, образовская группа, выходила раньше сербов на час, так как мы не завтракали — натощак идти гораздо проще. Кроме того, мы гораздо реже останавливались на отдых. В общем за пару километров до Ушча нас подрезает легковой автомобиль. Выходят два молодых человека, которые сразу спрашивают: «Видовданский марш?». Подтверждаем. Парни достают из авто несколько пирожков с мясом, которые отдают нам, а кроме того вручают по маленькой бумажной заламинированной иконке с молитвой, после чего уезжают. Вообще можно отметить, что большинство автомобилистов, которые проезжали мимо, нас всячески поддерживали гудками. Хотя по пути и встречались дегенерировавшие «демократизированные» элементы, которые вели себя столь же безкультурно, как и албанцы, всячески выражая недовольство происходящим. Благо таких случаев за две недели было не более четырёх-пяти.

22ое июня. Студеница — Ушче.

Этот день по сути был для нас отдыхом, так как от Студеницы до Ушча всего 10 километров. Правда ещё несколько километров мы днём прошли высоко в горы с одним из монахов, к местному укромному уголку, куда монахи уходят помолиться. Но всё равно — общий настрой был на отдых.

Вечером в Ушче мы собрались в местной кафане, которая оказалась вполне в европейском стиле, несмотря на весьма удалённую от цивилизации точку, да и крайне небольшое население. Сидим общаемся с местным предпринимателем, который помогал нас размещать и покупать питание. Пью колу и речь в очередной раз заходит о том, что мы какие-то плохие русские — алкоголь не употребляем, но употребляем американские напитки. В итоге говорим, что в России вот есть квас, который и безалкогольный, и пить вкусно. Тут то и выясняется, что в соседней кафане этот самый квас и продаётся. Разлив, конечно, сербский. Да ещё и по 0,33 литра. Но мы рады и этому. В итоге весь запас кваса в кафане был уничтожен под корень. Только после этого успокоившись отправились спать.

23ее июня. Ушче — Рашка.

[i10n id=6]

Выйдя в 7 утра, в Рашку мы пришли в 14 часов, пройдя 30 км за 7 часов), после чего решили немного отдохнуть в первой же кафане. Созвонились с сербами. Те умудрились отстать от нас на 3 часа. В итоге до места, где мы должны были спать, было решено добираться самим с помощью местных аборигенов. Благо спортивный центр там один. Пришли, разложились, отдохнули.

Вечером произошло весьма примечательное событие — прибыли 4 поляка-националиста. Оказывается косовский вопрос — одна из немногих проблем, которая объединяет польскую националистическую общественность. Особый интерес к их визиту придавал тот факт, что это были честные правоверные католики, которые на молебнах перед едой крестились по-католически. Кроме того двое из них хорошо владели русским, а двое других по-русски естественно хорошо понимали. В общем межнациональный диалог шёл легко и просто, а зачастую даже легче и проще, нежели диалог с сербами. Во всяком случае поляки не стонали про наше потребление кока-колы. Кроме того, они гораздо более спокойно отнеслись к активно используемой нами «Мёртвой голове» и девизу «Моя Честь зовётся Верность».

Немного пообщавшись с поляками, рассказав им про основу концепции Русского Образа, отправились спать.

24ое июня. Рашка — Лепосавич. Вход в Косово.

[i10n id=7]

От Рашки до административной границы с Косово — 7 км. Далее ещё километров 15–18 до Лепосавича. Правда это уже другой путь и шли мы одной группой.

На границе ничего особенного — полиция с нашивками Косово, несколько автоматчиков. Чуть вдалеке — Хаммер с американскими военными. Дорога до Лепосавича ничем не примечательна. Поэтому всё так же распеваем славные баллады, которые сербов никак не трогают, несмотря на то, что мы им активно разъясняем смысл. Особенно активно разъяснялся смысл походной песни казаков: когда, с кем и почему шли воевать казаки, и почему это очень хорошо.

День заканчивается скучно — слишком уже все устали. Спим без задних ног.

25ое июня. Лепосавич — Звечан.

[i10n id=8]

Утро начинается с несколько странного вопроса: «Где вы были этой ночью?». Удивлённо отвечаем, что в общем вместе со всеми. Оказывается, пока «браты-русы» отдыхали от пешкодрома, сербы стояли на баррикадах против ЕУЛЕКСа — новой косовской полиции, которой хотят заменить существующую КПС (Kosovo Police Service), что мы бездарно проспали. Ну в конце концов особой вины за собой мы не ощутили — нас явно не будили, а раз активно не будили, значит помощь не требовалась. А мы действовали по старому принципу: пока солдат спит — враг не дремлет. Потому мы активно спали и изматывали врага бессонницей.

Утром, после литургии, основная группа отправляется в Звечан. Вообще, из-за баррикад был изменён график пути. И вместо монастыря Баньска было решено завершить марш в этот день, чтобы вечером помочь на баррикаде в Звечане, а потом вернуться и держать оборону в Лепосавиче.

Сделать две баррикады, было явно правильным решением, ибо баррикаду в Звечане ночью прорвали, вследствие чего у нас была объявлена «полная мобилизация». Около полуночи вдали показалась автоколонна войск. Мы выстроились стеной поперёк дороги. Стоим, ждём. Подъехали два джипа. Из одного выходят два солдата. Подходят… Картина маслом: с одной стороны — два польских солдата, которые представляют правительство; с другой стороны — четыре поляка, с польскими флагами и баннером «Поляки за сербское Косово» — эти люди представляли польскую нацию.

После непродолжительной беседы военные садяться в джипы и отбывают восвояси. У нас появляется время отдохнуть и частично расходимся по спальным мешкам — спим прямо на проезжей части. На случай тревоги — сигнализация для предупреждения об авиаударах.

26ое июня. Лепосавич — монастырь Баньска.

[i10n id=9]

Первый день, когда можно просто сидеть или лежать. После обеда на автобусе отправились в монастырь Баньска. Там же посетили местную «баню», в которой вода природная и тёплая. Правда сама баня как после бомбёжки. Вообще в такой антисанитарии после мытья станешь грязнее, чем до. Но братьев-сербов обижать как-то не хочется, да и где наша не пропадала?

Вечер проходит в какой-то «тупке». Единственное развлечение — общение с американскими военными, которые изредка заезжали на своих Хаммерах. Кстати, сами американские ребята примечательны одной вещью — у них явно сильная психологическая натреннированность. Во всяком случае на любые косые взгляды они не реагируют, либо в случае длительного зрительного контакта улыбаются и приветствуют тебя. В общем как-то обезоруживающе себя ведут. Никакой ненависти к сербам не демонстрируют и вообще относятся ко всему лишь как к способу заработать денег на колледж.

Ночью очередная мобилизация. В этот раз мы берём много баллончиков с краской и разрисовываем все стены рядом с баррикадами. Не остаёмся в стороне и на одном из контейнеров появляется «Русский Образ» и оба наших символа.

Опять спим на улице, благо Господь в эти ночи оградил нас от дождя.

27ое июня. Лепосавич.

[i10n id=10]

Утром началось с того, что появилась информация: «Министр Сербии по делам Косово заявил, что те, кто стоят на баррикадах — провокаторы и враги Сербии, ибо правительство Сербии признаёт ЕУЛЕКС». Вообще, когда кто-то говорит о продаже интересов России, хочется показать пальцем именно на сербское «демократическое» правительство. Сербы в Косово все были против ЕУЛЕКСа, КПС, состоящая только из Сербов — формально держала нейтралитет, но реально наблюдала за ситуацией с целью защиты населения от ЕУЛЕКСа и военных. Однако те, кто якобы представляют народ (ну они, конечно, народ представляют, только явно не сербский) назвали их провокаторами. Вообще, конечно, всё Косово и Метохия — великая провокация сербской нации против просвещённой Европы. Да и сама сербская нация — сплошная провокация. Именно с такими представлениями, видимо, и живут эти люди.

Самое главное — министр днём должен был проехать в Косово. Естественно, строго решено было его не пропустить, пока он не ответит за свои слова. Около полудня появился кортеж. Ещё издалека увидев баррикаду и решительно настроенных местных жителей кортеж мигом свернул на узкую пешую улочку, идующую параллельно и быстро понёсся мимо. Все бросились перехватывать, но когда машины поравнялись с толпой из сопровождающих машин выскочила охрана, с «демократизаторами» и стволами, и под истошные вопли министра стала всех оттеснять. Позже из-за этого у нас возникли серьёзные трения с местными властями, так как министр растрезвонил о том, что на него напали представители СНП 1389 — информация попала в центральные СМИ… Только не учли господа либералы, что цифровое видео теперь у всех есть. И как раз наши друзья поляки и сняли на видео тот факт, что на министра никто не нападал, зато сам министр радостно отдал команду на атаку мирных жителей.

[i10n id=11]

Для наших организаторов остаток дня прошёл в напряжении из-за этого события. Для нас же главной задачей стало скоротать время. В тот день мы плотно общались с поляками, обсуждали наши позиции по общим национальным вопросам, по вопросам идеологий, по вопросам международной политики. Как итог, поляки выразили полное восхищение нами, как очень конструктивными людьми, которые готовы учитывать интересы всех сторон, не заниматься ура-патриотизмом, и, что особенно для них было важно, мы были «первыми русскиими, с которыми они общались, и которые были „настоящие анти-коммунисты“». Мы же их заверили, что «деды у нас, к большевикам, жалости не знали», а кроме того твёрдо заявили, что никакого интереса к разделу Польши между Россией и Германией не имеем и считаем Польшу нашим союзником в деле борьбы за лидерство славянских народов в мире.

День завершился общим весельем и подписанием пакта о сотрудничестве;-).

28ое июня. Видовдан. Монастырь Грачаница — Газиместан.

[i10n id=12]

Подъём был очень рано. В 5 утра мы быстро погрузились в автобус и поехали. В 6 часов нас уже ждали в Косовской Митровице полицейские, чтобы колонной сопроводить до Грачаницы, где в 8 утра начиналась праздничная служба.

В Грачаницы собралось огромное количество народу. Много было и войск КФОР — в основном шведы, хотя встречались и ирландцы. Служба проходила на улице и представляла собой скорее некоторое представление, нежелеи реальную службу, потому особого внимания мы ей не уделили. Пофотографировались, пообщались с представителями сербского Национального Строя, сели в автобус и поехали на Газиместан.

[i10n id=13]

Там было не меньшее столпотворение. От автобуса до собственно башни мы шли минут 15 — вдоль обочин уже стояли автобусы и автомобили. На Газиместане первое что увидели — организованная группа сербского Образа. Достали наш флаг «Образ» (крест Константина) и устроили с ними перекличку «Србиjа-Русиjа». После немного потолкавшись и не найдя в этом ничего интересного отправились в автобус.

В Белград мы вернулись к полуночи, разъехались по впискам, а к вечеру 29ого июня вернулись в Москву…

Эпилог…

Вообще, главным впечатлением от поездки может быть только Косово. Да, за две недели было много всего, много разных эмоций. Но Косово — это несравнимое впечатление. Нет, не архитектура храмов и монастырей, и не красоты природы, и даже не американские военные хаммеры…

Косово — это пример того, что бывает с теми, кто не живёт главной заповедью националиста — 14 словами Дэвида Лейна.

Косово — сердце Сербии. Сердце, поражённое раком. Раком, который уже дал метастазы и стал неоперабельным. Пациент, скорее мёртв, чем жив. Во всяком случае таким он останется до тех пор, пока реальные действия со стороны «мирового сообщества» будет осуществлять там лишь одна сторона — НАТО.

Конечно, политика и национальный вопрос — это не медицина. И спасти пациента можно и с самыми запущенными формами «болезней». Однако сделать это гораздо сложнее, чем вовремя провести химиотерапию и спасти организм от болезни вовсе.

Косово — напоминание нам всем, что однажды за тобой могут просто придти люди в масках, которые убьют тебя только за то, что ты — русский. Эти люди убьют твоих детей, сожгут твой дом, взорвут святые для тебя места. Ты не увидишь ни их цвета кожи, ни разреза их глаз, не будешь знать какому богу они молятся и верят ли они в него вообще. Единственное, что ты поймёшь перед тем, как умереть — они захотели жить на твоей земле гораздо сильнее, чем ты вообще хочешь жить…

Не нравится? Тогда запомни!

Ты обязан защитить само существование нашей нации и будущее для твоих детей!