Среди большинства развивающихся в экономическом плане стран Япония постоянно вызывает особый интерес, как пример общества, сумевшего сохранить национальную самобытность, несмотря на любые преобразования и внешние влияния. В нашей стране на смену разрушительной для национального самосознания идеологии советского государства пришла новая внешняя угроза в виде экспансии западной массовой культуры, наиболее опасной именно в нынешних условиях всестороннего кризиса, переживаемого Россией. Здравомыслящий человек признает, что и в начале 21-го столетия национальные особенности продолжают играть важную роль в успехе или неуспехе экономической и социальной модернизации. В случае Японии необходимо учитывать ряд сильных сторон, присущих этому государству, которые позволили ей сохранить традиции. Этническая, религиозная, культурная, а также в очень значительной степени социальная однородность населения вкупе с удалённым географическим положением островного государства, обеспечивают определённую степень национальной сплочённости, которой не существует ни в одной другой стране. Это единство страны позволяет относительно быстро устанавливать консенсус для далеко идущих реформ, когда речь заходит о национальных интересах.
С институциональной точки зрения сегодняшняя Япония не имеет разительных отличий от западных стандартов. Напомним, что японская конституция, вступившая в силу в 1947 г., была написана практически американскими специалистами и принята в условиях оккупации страны. Послевоенная Япония уже привыкла проводить выборы по западным демократическим стандартам. Многопартийная система функционирует в основном согласно известным канонам. Япония, с известными оговорками, может служить примером отлаженного действия демократических механизмов и, безусловно, по институциональным параметрам, представляет собой вполне оформившееся общество западного типа. Такой успех можно объяснить полной несамостоятельностью азиатской страны Японии, которая впервые за всю свою историю оказалась в руках победителя, по сравнению с поверженной Германией и её европейскими союзниками, которым было не привыкать как к победам, так и к поражениям. В Европе размах союзников был всё же ограничен, во-первых, самими же союзниками, а во-вторых, близким победителям европейским же менталитетом побеждённого врага. В Японии американцы действовали безраздельно. Это был своего рода «чистый эксперимент», что и обусловило успех оккупации.
Однако различия сразу же бросаются в глаза, если посмотреть на то, как эти институты функционируют. Позаимствовав на Западе основные элементы современной демократической институциональной системы, японское общество наложило на них некоторые традиционные черты национальной политической культуры. Чтобы понять внутренние пружины японской политико-экономической системы, которая движима подчас не столько конкуренцией и конфликтностью, сколько сотрудничеством и корпоративностью, необходимо остановиться на некоторых истоках этой самобытности и традиционных социально-психологических чертах японского общества.
Почти трёхсотлетняя самоизоляция Японии, несомненно, наложила исключительно сильный отпечаток на национальный характер. На различных уровнях общения чувствуются элементы отчуждённости, стремление японцев отдалиться от «гайдзин» («иных людей» — иностранцев). Такое важное качество японского социума, как его относительная национальная и культурная гомогенность выражались в самоидентификации индивидов в качестве частичек единого целого, выразившейся в лозунге «одна нация — одно сердце» («иккоку — иссин»).
До Второй Мировой войны в Японии безраздельно господствовала система «кокутай» (государственное устройство, буквально «тело государства»), основанная на идее «духа семьи», на всех уровнях социальной иерархии и регламентирующая все основные нюансы социальных связей. Сравнение социума с телом, живым организмом, в котором каждый орган играет предназначенную ему роль, заметим, характерно и для адептов российской соборности. В наше время на образ японского государства непосредственно накладывается образ патриархальной семьи. В той же мере, как социальная жизнь за рамками своей группы сильно ограничена, так и Япония представляется её жителям самодостаточной. В глазах значительной части населения страны понятие «мы, японцы» противопоставлено всему остальному миру. Китайцы, например, издавна имея широкую диаспору, относительно более космополитичны и считают вполне естественным принадлежать сразу к двум или нескольким группам. «Никто не может служить двум хозяевам» -японский принцип. Сейчас всё больше и больше японцев чувствуют ущербность, указывая на высокую степень зависимости от США, а более того — на тот факт, что действующая конституция, была фактически скроена американцами и принята в период, когда страна не была независимой. Один из формальных симптомов этого отсутствия самостоятельности — запрет на создание полномасштабных вооружённых сил и на использование их за рубежом.
Конечно же, не стоит преувеличивать национальную специфику японской культуры — общий вектор развития страны, несомненно, направлен в сторону вестернизации. Японский коллективизм постепенно вытесняется индивидуализмом западного толка, эмоциональные начала — интеллектуальными и т.д. Однако в ходе долгих дискуссий о будущем Японии стал очевидным и колоссальный адаптационный потенциал традиционализма. Каким бы сильным ни было давление вестернизации, японские традиционные ценности не исчезнут, а окажутся органически встроенными в национальную психологию.
Именно поэтому современное японское мышление можно считать весьма интригующим примером органического сплава национального традиционализма и модернизма. Подчеркнем, что в этом ключе японский опыт имеет немалое значение для России, которая стремится совместить свой традиционализм с западным опытом демократического развития.
Замечательно быстрый ответ Японии на вызов Запада был в значительной мере обусловлен тем фактом, что в Японии была развита национальная идеология, она уже была там, и всего лишь нужно было эффективно её спроецировать. Ключевую роль в период реставрации Мэйдзи (1868 год) играл национализм: в очень важном смысле период Мэйдзи был националистическим ответом на великие перемены в жизни страны. В Китае же современный национализм истинно представлен лишь после 1949 г. Япония была единственной страной из всех тогдашних «развивающихся» стран, которая смогла выработать альтернативную «догоняющую» стратегию, выведшую её на уровень мирового развития. Китай в то время, как и другие аграрные общества, вступившие на путь экономической модернизации (Россия, Индия, Османская Турция, Мексика), стремились блокировать западное влияние, оказывая сопротивление западным институтам. Япония сопротивлялась Западу по-своему. Она абсорбировала мировой опыт достижений модернизации, особенно Германии, приспособилась к новым правилам игры, в результате чего создала новую страну, которая уже сама могла позволить себе формировать свою систему. Японские лидеры поняли, что, если страна должна выжить в условиях технологического превосходства западных «варваров», она должна фундаментально трансформироваться как можно скорее и эффективнее. Лидеры Мэйдзи обосновали идеологию выживания нации («кокутай»), что привело к поднятию национального духа и аккумулировало энергию к усердному труду с целью победить. Удалось, таким образом, на некоторое время мобилизовать общество против потенциального «иностранного вторжения»; в глазах общества такой курс придал легитимность проводимым преобразованиям. После поражения в войне многое изменилось в Японии, но традиции, что воспитывались и взращивались веками, американцам так и не удалось искоренить до конца.
Население Японии исключительно однородно в расовом, этническом, языковом и религиозном отношениях. Благодарить за это стоит разумную иммиграционную политику японских властей. Тем не менее, в стране имеется около 600 тыс. корейцев, хотя многие из них родились и выросли на островах, говорят на японском языке и порой носят японские имена. Другое меньшинство, — эта, или буракумин, потомки средневековой касты, члены которой занимались забоем скота, выделкой кож, были мусорщиками, скоморохами и считались «людьми подлых профессий». В настоящее время насчитывается около 3 млн. буракумин.
В последние десятилетия в Японию под воздействием динамичного развития, прежде всего в сфере экономики, заметного повышения уровня жизни населения, относительно низкой безработицы, постоянной структурной нехватки рабочей силы, совершенствования средств связи и транспорта, а также процессов глобализации значительно увеличился миграционный приток иностранных граждан. Если в 1950 г. общее число иностранцев, прибывших в Японию, составило около 18,0 тыс. человек, то в 1978 г. оно достигло 1,0 миллиона человек, в 1984 г.-2,0 миллионов, в 1990 г. — более 3,0 миллионов и в 1998 г. — превысило 4,5 миллиона человек. Особенно часто посещают эту страну в качестве туристов и в поисках работы южнокорейцы, американцы и китайцы.
По официальным данным, за прошедшие пятьдесят лет (с 1947 по 1998 гг.) число иностранцев, проживающих в Японии, возросло с 640 тыс. до 1,5 млн. человек, или в 2,4 раза, большинство из которых прибыло в Японию с Корейского полуострова. За период с 1950 по 1998 гг. удельный вес зарегистрированных японскими властями иностранных граждан в общей численности населения возрос с 0,71% до 1,20%, или в 1,7 раза.
В целом, несмотря на значительный рост иностранной рабочей силы, прибывающей в страну, её относительное количество остается незначительным. Среди экономически развитых государств мира Япония входит в группу стран с закрытой иммиграционной системой по допуску на рынок труда неквалифицированной рабочей силы. В соответствии с действующим иммиграционным законодательством из числа иностранных граждан легально на неквалифицированную работу могут претендовать лишь иностранцы японского происхождения, иностранные студенты и стажёры. С другой стороны, предпочтения при проведении иммиграционной политики отдаются высококвалифицированным работникам, обладающим современными знаниями по внедрению новых информационных технологий во все традиционные отрасли и сферы. Для повышения квалификации и переобучения основной поток трудовых мигрантов в Японию направлен из азиатских стран — прежде всего из Китая, Индонезии, Филиппин, Таиланда и Вьетнама.
В период 90-х годов в результате жёсткой ограничивающей иммиграционной политики число иностранных работников, имеющих разрешение на занятость, колебалось в Японии на низком уровне — в пределах 80–110 тыс. человек, или около 3-х процентов от общей численности иностранных граждан, ежегодно въезжающих в страну. Так, в 1997 г. удельный вес зарегистрированных иностранных работников с правом на работу составил в Японии — всего 0,2% от общей численности трудовых ресурсов. Для сравнения отметим, что в этом же году среди основных стран OECD эта доля составила в Австрии 9,9%, Бельгии — 7,9%, Великобритании — 3,6%, Дании — 3,1%, Ирландии — 3,4%, Люксембурге — 55,1%, Нидерландах — 2,9%, Норвегии — 2,8%, Португалии — 1,8%, Испании — 1,1%, Финляндии — 0,8%, ФРГ — 9,1%, Швейцарии — 17,5%, Швеции — 5,2%.
Таким образом, современные масштабы привлечения и использования иностранной рабочей силы не оказывает пока в Японии заметного влияния на национальный рынок труда. Хотя официально японское законодательство запрещает использовать неквалифицированную иностранную рабочую силу, малые предприятия и малый бизнес активно привлекают трудовых мигрантов из-за рубежа, часто на нелегальной основе. В последнее время японские СМИ все чаще сообщают о незаконном проникновении на территорию Японии граждан соседних государств Азии, в первую очередь Китая, Кореи, Филиппин и других стран. Незаконное использование которой является весьма прибыльным делом для местных подпольных брокеров. Число незаконно находящихся в Японии иностранных граждан в последние годы не сокращается. По результатам обследования Службы иммиграции, в 1999 г. число нелегалов в Японии оценивалось величиной порядка 270 тыс. человек. По оценкам экспертов, их численность колеблется в пределах от 600 тыс. до 1 млн. человек.
По оценкам Службы иммиграции Японии, среди нелегальных мигрантов основную группу (около четверти от общей численности) составляют граждане Южной Кореи, затем идут филиппинцы, китайцы, таиландцы и перуанцы. Каждые три нелегала из четырёх, прибывающие в Японию, имеют статус временного пребывания, т. е. приезжают на вполне легальных основаниях в качестве туристов, по приглашению и т.д. Из числа депортируемых из Японии нелегалов более 80% незаконно работают.
В Японии имеется три иммиграционных лагеря, предназначенные для содержания иностранных граждан, подлежащих высылке из страны: в префектурах Нагасаки (г. Омура); Осака (г. Ибараки); Ибараки (г. Усику).
В соответствии с японским иммиграционным законодательством, основой разрешительной системы въезда иностранцев в Японию, проживания и работы в ней является Система статусов пребывания. В настоящее время Министерством юстиции Японии утверждены 28 статусов пребывания иностранных граждан, которые предоставляются — в каждом конкретном случае — на основе перечня утверждённых Министерством юстиции Японии критериев (прежде всего принимаются во внимание цель и предполагаемый срок пребывания иностранца, в большинстве случаев — его служебная принадлежность, профессиональная квалификация, образовательный уровень, трудовой стаж, финансовое положение и др.). За каждым статусом одновременно закреплён и период, в течение которого иностранец может находиться в Японии. При этом выделяются следующие 6 статусов, выдаваемые для получения той или иной работы в Японии: дипломатический, журналистский, служебный (сотрудники транснациональных корпораций), профессорский, деятеля искусства, религиозного деятеля.
Предусматривается, что за свидетельство на статус с правом на работу, иностранец должен заплатить 500 иен. Получение статуса дает иностранцу право заниматься в течение отведённого периода времени только той деятельностью, которая разрешена по этому конкретному статусу.
Несанкционированный выход за отведённые рамки, а они довольно подробно регламентированы в японских нормативных документах, считается серьёзным нарушением режима пребывания и занятости. Особенно внимательно иммиграционная служба Японии отслеживает случаи, при которых незаконная деятельность иностранца имеет целью получение денежного вознаграждения, извлечение прибыли и т.п. Виновные в этом лица могут быть подвергнуты депортации, крупному денежному штрафу или тюремному заключению до 3-х лет.
Проблемы нелегального въезда иностранных граждан, в том числе проникновения в страну по фальшивым документам, нарушение статуса и сроков их пребывания продолжают оставаться в Японии достаточно острыми. За последние 5 лет количество высланных из Японии нелегалов выросло более чем в 5 раз и достигло 55,0 тыс. человек. Много неприятностей доставляют японским властям случаи, когда граждане других государств, въезжая в Японию на законных основаниях, остаются здесь сверх разрешённого срока. Эта категория нарушителей гораздо меньше бросается в глаза, но составляет большую часть незаконной иммиграции. Иммиграционная служба Японии принимает различные меры по освобождению страны от нелегалов, которые, в силу невозможности устроиться на работу на законных основаниях, в основном пополняют ряды персонала ночных клубов и баров, или же попадают в банды, т. е. потенциально являются самым криминогенным контингентом.
Служба иммиграции имеет свою собственную патрульную службу, которая наделена правом проверять документы у иностранцев и задерживать тех лиц, у кого они оформлены неправильно или отсутствуют. В ведении данной службы находятся три лагеря для содержания задержанных на время проверки или совершения процедуры принудительной высылки. Срок заключения в них, как правило, не превышает двух недель. В соответствии с действующим законодательством любой сотрудник местного органа самоуправления или муниципалитета должен при обращении иностранного гражданина проверить наличие у него разрешения на пребывание в Японии и при отсутствии такового немедленно сообщить в иммиграционную службу для принятия соответствующих мер. Управление безопасности на море вместе с иммиграционной службой прилагают значительные усилия для ограничения потока нелегалов, используя все средства, в том числе тайных осведомителей и связи с криминальными структурами в странах-поставщиках нелегалов. Полиция, выполняя различные рейды по выявлению нелегалов, осуществляет проверку документов и, в случае задержания нелегалов, как правило, передает иностранца в ведение службы иммиграции, которая имеет собственный компьютерный банк данных, где помещаются сведения о различных преступлениях, совершаемых иностранцами. Основными преступлениями считаются превышение срока пребывания, мелкие административные и уголовные нарушения, проституция, распространение и употребление наркотиков. После обнаружения нарушителя все бремя по его содержанию и высылке из Японии ложится на службу иммиграции.
Японские власти стараются оградить страну от иностранных граждан, преступающих законы, путем их немедленной высылки после, так называемого, суда упрощённой процедуры. Случаи содержания под стражей в японской тюрьме довольно редки — подобная мера устанавливается только за тяжкие преступления. Если иностранец нарушил иммиграционное законодательство, то в большинстве случаев полиция его передает иммиграционной службе и в виде наказания начальником иммиграционной службы принимается решение о депортации (без возбуждения уголовного дела), которое обжалованию не подлежит. Решение о депортации иностранца может быть принято одновременно с осуществлением уголовного преследования в его отношении.
В соответствии с японским законодательством предусмотрены штрафные санкции к лицам, способствующим незаконной деятельности иностранцев. За такие действия эти лица наказываются штрафом до 2 млн. иен или подвергаются тюремному заключению на срок до 3 лет. В последнее время в Японии были ужесточены наказания иностранных граждан за наиболее злостные нарушения иммиграционного режима. С февраля 2000 года в японское иммиграционное законодательство были введены поправки, по которым незаконное пребывание иностранцев стало классифицироваться как самостоятельное преступное деяние и наравне с незаконным въездом влечет теперь за собой уголовное наказание в виде лишения свободы на срок до 3 лет и (или) штрафа в размере 300 тыс. иен. Действие запрета на повторный въезд в Японию для лиц, уличённых в незаконном пребывании, увеличено с одного до пяти лет.
Продолжается рост организованной и «стихийной» преступности среди иностранцев, проживающих в Японии (в том числе и американских военнослужащих, расквартированных на военных базах в этой стране) Национальное полицейское управление сообщает, что количество нарушений правопорядка иностранными гражданами достигло в 1999 году 34 398 случаев. Это на 8,2% больше, чем в году предыдущем. 13 436 иностранцев были арестованы по обвинению в совершении уголовных правонарушений, что незначительно отличается от показателей прошлого (1998) года. Наибольшее количество преступлений совершено китайцами (5352 или 39,8% от общего количества). Выходцы из обеих Корей составляют вторую по объёму (2058 случаев) криминальную группу, за ними следуют граждане Филиппин, Таиланда и Бразилии. Ещё почти 20 процентов преступлений приходится на долю представителей других азиатских стран. Полицейское управление констатирует, что китайская преступность имеет наиболее организованные формы, и контролирует часть теневого бизнеса, связанного с торговлей наркотиками, проституцией и финансовыми аферами. Около 60% арестованных нарушили визовый режим Японии. Количество тяжких преступлений — убийств, похищений людей, изнасилований, ограблений и поджогов, выросло среди иностранцев на 7,3% (338 случаев), в том числе, обвинений в ограблениях предъявлено 278. Полиция считает, что такая статистика иллюстрирует общую тенденцию роста «тяжёлого криминала». Особую тревогу вызывает тот факт, что около половины преступлений (50,2%), совершенно преступными группами иностранцев, и их число постоянно растет.
Японские власти особенно внимательно изучают негативные последствия иммиграционной политики в Германии и Австралии. В этих странах организованная по этническому происхождению преступность особо значительна и агрессивна. Бездумная политика приводит ко всё большему обострению внутренних конфликтов между представителями различных этнических групп и основного белого большинства.
Нельзя не сказать о проблеме стареющего населения. В первую очередь речь идет о принципиальном перераспределении возрастной структуры японского населения. Как по снижению рождаемости, так и по количеству долгожителей Япония стоит на первом месте в мире. Проблема обостряется тем, что в отличие от западных промышленно развитых государств, в Японии не приветствуется значительная иммиграция, которая частично скорректировала бы негативное демографическое развитие на рынке труда. Поскольку маловероятно, что Япония резко снизит свои традиционно очень высокие барьеры для иммиграции, в качестве решения остается только ярко выраженная переориентация семейной политики в сторону поощрения роста населения. Такая политика должна иметь два направления: прежде всего, молодое поколение должно быть снова готово к заключению ранних браков и к созданию многодетных семей. И то, и другое противоречит убеждениям многих молодых женщин в вопросах профессии, карьеры и брака — особенно в крупных городах, в которых проживает значительная часть населения Японии. Как можно произвести глубокие перемены в менталитете, которые во многом будут равносильны возвращению к традиции, сейчас остается только гадать. Лишь осознание того, что речь идет о национальном кризисе с опасными последствиями, может изменить ситуацию. Второй фактор, который может противодействовать новейшей переориентации на рост населения, относится к области экологии. С точки зрения расходования ресурсов и нагрузки на окружающую среду Япония уже давно перенаселена, и эта тенденция сохранится ещё долго, несмотря на снижение численности населения. Именно поэтому в Японии нет панических заявлений о демографическом кризисе, проблема рассматривается в совокупности.
Со стороны экономически развитых стран, и особенно со стороны США, Япония постоянно критикуется за свою иммиграционную политику. От Японии постоянно требуют либерализации иммиграционных законов, обвиняя страну в «ксенофобии» и «шовинизме». В феврале 2000 г. прошёл громкий судебный процесс. Американец обвинил японский банк в дискриминации по национальному признаку. «Асахи Банк» отказал американцу в предоставлении кредита на покупку недвижимости в Японии. Даже если супруг или супруга иностранца является гражданином Японии, арендовать дом или квартиру на длительный срок становится большой проблемой. О приобретении в собственность недвижимости или земли в Японии не идёт даже речь. Именно этим фактом недовольны американцы, которые стремятся всячески проникнуть на внутренние рынки недвижимости в Японии. В тоже время иностранец вполне легко может приобрести себе движимое имущество, например автомобиль. Такая система приносит экономическую выгоду стране и охраняет её от вмешательства во внутренние дела.
Другой иллюстрацией строгости японских законов служит процесс 1994 года, когда суд отказал в визе филиппинской женщине, хотя она и была замужем за японцем. После долгих разбирательств ей позволили остаться в стране максимум на год.
В 1999 году министр юстиции Японии позволил сойти на японскую землю американскому актёру, а теперь и губернатору Калифорнии Арнольду Шварцнеггеру без обязательного для иностранца прохождения всех визовых процедур, за что был немедленно уволен. США выразили протест по поводу отставки министра.
Трактуя подобные примеры как нарушения прав человека, без сомнения, США и дальше будут всячески оказывать давление на Японию.
Что касается японцев, то 80% процентов населения высказываются за ужесточение иммиграционной политики и обеспокоены ростом числа иммигрантов не японского происхождения. Мотивируют же японцы свою обеспокоенность не экономическими причинами, безработицей, падением оплаты тяжёлого «грязного» труда или даже фактом смешения рас, а тем, что подобная политика может привести к нарушению социальной гармонии в обществе и к нарушению гармонии в природе в целом.
Ссылки:
[1] http://rus-obraz.net/magazine/3
[2] http://rus-obraz.net/magazine/sections/world-experience