Демос и его кратия: житель — ещё не гражданин

«Кому выгодно?» — знаменитый вопрос римских юристов — право же, требует ответа. Ведь не только то, что творится в злополучной Российской Федерации, но и то, что ей преподносят в виде образцов для подражания «цивилизованному Западу», демократией не признал бы ни эллин, ни римлянин, ни гражданин средневекового Бремена или Пскова, ни учёный юрист прошлого столетия. Везде охлократия. Нет, говорят «демократия», но цинично констатируют, что гражданское общество сменилось «массовым обществом». Охлократии обычно недолговечны, часто порождают тирании. Нынешние живут уже довольно долго, в чем дело? В том, что теперь каждая охлократия мнит себя демократией и маскирует олигархию — «власть немногих». Олигархий может быть и несколько, как у нас. Олигархия богачей и олигархия тайных обществ не внове. Рассмотрим свеженькое — прессу наших дней. Менее всего мы враждебны свободной прессе: гласность — форма существования демократии (как и монархии, и аристократии). Но когда всерьёз называют прессу «четвёртой властью», возникает вопрос, какова природа этой власти? Демократическая? Кто избирает редактора? Кто избирает журналиста? Аристократическая? Смешно! Пока пресса — отрасль сферы обслуживания (как и полиция), дай ей Бог здоровья! Когда становится властью (как и полиция), вы в опасности, граждане.

Любая олигархия заинтересована в массах, в уничтожении общества, в замене его стадом. Коммунистический режим для этого перемешивал народ, лишая его гражданской солидарности. Перемешивал комсомольскими стройками, лимитом, уничтожением «неперспективных» деревень. Больше всего страдала Москва, за ней следом — немногие крупнейшие города. Их власти всегда боялись и усердно создавали население без роду, без племени, покорное начальству. Не за «демократов» голосовали Москва, Петербург, Екатеринбург, а за начальство. Не интеллигенты обеспечивали прохождение на выборах иных депутатов, что для многих — явные враги русского народа, а лимитчики. Ещё во время «ельцинского референдума» 1993 года было замечено: где есть рабочие общежития, там послушно отбарабанят пресловутое «Да. Да. Нет. Да» все 90%. А в соседнем квартале с семейным укладом жизни уже только 50%. Так же закономерно город лимитчиков Зеленоград выезжал автобусами на «демократические» массовки. И так же закономерно превратился в криминальный центр Подмосковья.

Бюрократия, бюрократическая олигархия обожает перемещённых лиц. Не по доброте душевной расселял Горбачёв в русских областях месхов, изгнанных Сталиным из Грузии, а затем узбекскими погромщиками из Узбекистана, вместо того, чтобы переселить их домой в Грузию на узбекские деньги. Потом пристраивали армянских беженцев из Азербайджана и азербайджанских — из Армении. Теперь журналистка смеет заявлять с телеэкрана, что беженцы пользуются всеми правами российских граждан. Посмела бы такое ляпнуть гражданскому обществу, назавтра лишилась бы гражданских прав вместе со всем семейством!

Теперь, замечая не весть откуда взявшуюся страстную озабоченность судьбами Русских в «ближнем зарубежье», озабоченность изданий, ранее особых симпатий к Русским не проявлявших, задумываешься. На поверхности, конечно, страх перед вполне реальной русской ирредентой — движением за воссоединение нации. Не лучше ли поскорей выпихнуть великороссов с их земель в усечённую РФ? Но право же, вдруг они умные? Вдруг это ещё и стремление обогатить олигархию несколькими миллионами людей, лишённых корней и собственности, полностью зависимых от начальства?

Думается, однако, что социальная ситуация хуже, чем нам хотелось бы, но лучше, чем нам кажется. Воронежская область первой разграничила категории «гражданин» и «житель». Демократическая тенденция в обществе есть, как есть и монархическая. И они не враждебны друг другу.